Menu
Киевляне прошли «Маршем мира», скандируя «Смерть врагам»

Киевляне прошли «Маршем мира», скан…

Общественная организация «Союз женщ...

Украина обяжет российских артистов получать разрешение СБУ на гастроли в Крыму

Украина обяжет российских артистов …

Комитет Верховной Рады Украины по в...

Никакого «долга Януковича» нет. Украина заплатила «агрессору» судебные издержки, признав заимствования 3 миллиардов суверенными

Никакого «долга Януковича» нет. Укр…

Незаметно, почти тайком, Украина оп...

В украинских школах запретили учебники английского с упоминанием Сталина и русского Киева

В украинских школах запретили учебн…

Помимо российской литературы, учебн...

Крымчанам спишут кредиты, взятые в украинских банках

Крымчанам спишут кредиты, взятые в …

Парламент Крыма в первом чтении при...

МИД КНДР назвал угрозы Трампа «лаем собак»

МИД КНДР назвал угрозы Трампа «лаем…

Прибывший в Нью-Йорк на сессию Гене...

Кровавый провал: Хама завалена трупами и бронетехникой «Аль-Каиды», сожженной ВКС РФ и Армией САР

Кровавый провал: Хама завалена труп…

Несмотря на то что дни ИГИЛ в Сирии...

Министр иностранных дел ДНР немецким СМИ: Мы – не террористы

Министр иностранных дел ДНР немецки…

Журналисты из Германии крайне...

Космическая программа США. Как это было — история большого надувательства

Космическая программа США. Как это …

Для здравомыслящих людей давным-дав...

Как нацисты будут охотиться за ООНовцами

Как нацисты будут охотиться за ООНо…

Украинские нацисты собираются отстр...

Украинский политолог : У нас в обществе идет холодная, а временами горячая гражданская война

Украинский политолог : У нас в обще…

Украинский политолог Евгений Филинд...

Порошенко в ООН по традиции достал из-под стола «доказательства российской агрессии»

Порошенко в ООН по традиции достал …

Президент Украины Петр Порошенко об...

На Украине за год задержали 7 тысяч коррупционеров, а коррупции хоть бы хны

На Украине за год задержали 7 тысяч…

С начала 2017 года украинские право...

На Украине в 2018 году начнут пересаживать почки от доноров-трупов

На Украине в 2018 году начнут перес…

Министерство здравоохранения ...

Арина Цуканова. Почему коллективный Запад ломает зубы о Донбасс

Арина Цуканова. Почему коллективный…

Четвёртый год продолжается вооружён...

Ополченец: События в Одессе лишь подтверждают — Украина обречена на исчезновение

Ополченец: События в Одессе лишь по…

Беспорядки, которые устроили национ...

В Польше повредили десять танков армии США при перевозке по железной дороге

В Польше повредили десять танков ар…

Десять танков армии США повредили п...

Модератору «антиукраинской» группы в соцсетях дали 5 лет за «сепаратизм»

Модератору «антиукраинской» группы …

СБУ передало в суд дело уроженца ...

Prev Next

Офицер ВСУ: Истории с моего фронта. Часть первая

Офицер ВСУ: Истории с моего фронта. Часть первая

В 2015 году я, выпускник философского факультета и очкастый парень из столичной семьи, явился по вызову в военкомат. Спустя пять дней мне пришлось покинуть свою «зону комфорта» в связи с переходом в состояние офицера Вооруженных сил Украины. Таким образом я одним махом перескочил этап дедовщины и курса молодого бойца. Ещё спустя полтора месяца иррациональная машина военной бюрократии забросила меня в Донецкую область — в городок Волноваха.

Срок давности вполне позволяет живописать реалии ВСУ того периода. Сейчас ребята, из числа оставшихся на контрактной службе, воюют на «промке» в Авдеевке и, быть может, с ностальгией вспоминают «Волновегас», прозванный также «Волноваха – город траха».

Эти записки – субъективный взгляд человека со стороны, который никогда не имел отношения к военной службе и видел армию лишь краем глаза в возрасте 20 лет, и то — на протяжении каких-то 17 дней «военки». На момент мобилизации мне было 29, и настала пора из младшего лейтенанта запаса становиться действующим военнослужащим.

Более никто из однокурсников, проходивших со мной военку, на зов военкоматов не отозвался. Они потеряли ценный журналистский опыт.

26.03.2015

Нам ніхто не поспішав розповідати правду — тобто, в яку військову частину нас розподілять і куди ми після цього потрапимо. Співбесіда щодо військових ЗМІ була в п’ятницю. Декілька днів після цього пройшли незрозуміло: «київських» відпустили додому, першу партію «випускників» розподілили до Чугуєва, а решті наказали чекати і готувати речі до поїздки.

У вівторок всіх доставили до Військового інституту КНУ ім. Шевченка. Там ми вистояли черги за документами (продатестат, зарплата, припис, який нам намагалися не показувати). Пам’ятаю формулювання у приписі, який нам вдалося побачити: «Пропоную з’явитися до в/ч пп ______». Так позначались за номерами бойові частини — «військова частина польова пошта N», навідміну від номерів мирного часу; що характерно, між «вч» і «пп» кому чомусь не ставлять. Один з мобілізованих обурювався, що, мовляв, якщо не наказують, а пропонують, то ми можемо й не з’являтися.

Виявилося, до «моєї» бригади розподілили чоловік двадцять офіцерів, які були просто першими в алфавітному порядку.

У середу ми, своїм ходом, тобто на маршрутці та машинах, поїхали до пункту постійної дислокації механізованої бригади. Там ми прийшли до стройової частини, де нам і повідомили, що ми маємо їхати до Волновахи. Слово «Волноваха» означало у нашому уявленні смертний вирок. Фініш. Точка. Довгий вечір очікування і  вокзал.

Перед поездом у нас был целый вечер «ничегонеделания». Вещи мы сложили в казарме для солдат с двухъярусными кроватями. Много пьяных демобилизованных и ожидающих дембеля шаталось по территории части, некоторые выпивали прямо в казарме.

Я купил Интернет-модем в виде флешки, сидел в Сети, сообщал друзьям и девушке, что теперь я точно еду на войну. Потом я общался с солдатами, видевшими войну своими глазами.

Охранники на воротах как раз побывали «там». Они были младше меня, им было по 22-25 лет. Один мобилизованный, второй контрактник. «О, я вижу, ты новенький, – сказал мне контрактник на забавном украинском с русским акцентом. – Ты о зоне боевых действий ничего не знаешь. Ну, я тебе расскажу».

Он советовал не строить из себя героя и отвергать все предложения поехать на передовую, если нет прямого на то приказа. Просто сиди в штабе, если можешь. Если уж ты попал на передовую, окапывайся, делай укрытие от обстрелов. Спрячь свои документы, так как русские и ополченцы избивают пленных офицеров.

Парень рассказывал и о начале войны, как его группу послали на вертолётах в пустое поле, без тёплых вещей, воды и еды. Это было в конце марта 2014 года, погода стояла холодная. Им приходилось выживать где-то посреди Донецкой области, искать дрова, которых не было. А потом начались бои.

В первые месяцы необъявленной войны боевое ранение квалифицировалось как «неосторожное обращение с оружием». После боев этому парню приказали составлять список контрактников, служащих в бригаде. Только 100 из 300 контрактников вернулось на базу. Двести оказались «не в списке». То есть, они не были признаны государством «погибшими в бою». Когда родители погибших спросили командование, где их сыновья, им ответили, что ничего не знают.

Этот парень хотел рассказать что-то ещё, но второй, помоложе, убедил его пойти с ним пить в помещение для охраны. Мы вынуждены были прекратить разговор.

Старшим у нас в группе ещё с занятий в богуновском лицее был мужчина лет сорока — сдержанный, вежливый и образованный, родом с Западной Украины. Дома у него осталась жена-филолог и сын. В тот вечер я впервые видел его злым: один из товарищей напился и нагадил прямо в казарме. Между тем оставалось двадцать минут до выхода. Пьяного привели под руки в нашу компанию, спросили, где его рюкзак. Тот отнекивался. Старший просто толкнул его и заставил искать вещи.

Пьяный, к слову, представился как «участник Чеченской войны на стороне чеченцев».

А ещё в тот вечер я впервые видел старшего с бутылкой пива в руках. Так он коротал ожидание на белоцерковском вокзале.

Пока мы стояли на перроне, мимо шли и шли эшелоны с военной техникой.

«Зима. На фронт, на фронт!.. А на пероні люди…», – вспоминаю я пафосную советскую агитпоэзию. Это цитата из стиха украинского советского поэта Владимира Сосюры «Червона зима» о событиях гражданской войны в распадающейся Российской империи. К слову, родился поэт в городе Дебальцево, который вошел в историю российско-украинской войны: в ходе ожесточенных боев город перешел под контроль ДНР в январе 2015 года.

Первая ночь «на войне» (но географически ещё не в Донецкой области) прошла в шатре тылового пункта управления. Я предусмотрительно взял в Киеве каремат со спальником и радовался, что имею опыт ночёвки в экстремальных условиях.

Наступило утро второго дня. После привычного тепла с полей веет порывами ветер, теребит армейский шатёр. Выбираемся из мест ночлега (кто-то спал в неотапливаемом шатре, кто-то в автобусе, а кто-то с комфортом в жилой палатке). Глазеем на настоящие «Грады» и другую технику бригады с её неофициальным символом — ухмыляющимся черепом на фоне скрещённых то ли танков, то ли БТР. Наблюдаем, как за пределами ТПУ от сигнальной ракеты загорается трава, и «аватары» (неофициальный синоним слова «пьяный») тушат её, хотя вроде как по периметру есть опасность наступить на мину.

Получаем в службе РАО (ещё одна новая аббревиатура, она означает «служба ракетно-артилерійського озброєння») оружие, заправляем патроны для АК-74 в четыре причитающихся магазина. Кому выдали «макаровы» 1953 года выпуска – заряжают их магазины. Завтракаем из пластиковой тары. Это новшество войны ХХI века — пластиковая посуда. Едем дальше.

Водитель боится ехать мимо «зелёнки», и тут, как назло, именно посреди леса на дороге яма, и большинству людей приходится выйти, чтобы автобус проехал благополучно. Пронесло.

Продолжение следует

Источник :http://naspravdi.info/novosti/oficer-vsu-istorii-s-moego-fronta-chast-pervaya