Menu


Герои АТО, кто они? Портрет с натуры. Галичане


Посылая на расправу с востоком Украины майдановский сброд, вожди этого самого майдана, предположительно, даже и не представляли себе, чем закончится для них этот поход. И тем более, наверное, не думали о том, что он закончится именно так, каким мы его знаем сегодня. Окрылённые перемогой, и сам майдан, и его вожди, надеялись, что их расправа над востоком страны, будет проходить по привычному им майдановскому сценарию, где им, как и на майдане, будет позволено всё, а тем, кого они будут усмирять, точно также как и омоновцам на майдане, не позволено будет ничего. И они предполагали, что если уж им удалось так быстро свалить режим Януковича, и если под натиском майдана так быстро разбежалась вся его команда, которая, по своей сути, была обыкновенной организованной преступной группировкой, с деньгами, с оружием, с определённым потенциалом, со строгими правилами и порядками, то неорганизованное, нищее, разрозненное и мирное население того же Донбасса, видя, как сбежал Янукович и вся его свита, и подавно не сможет оказать какого бы то ни было сопротивления относительно организованному, уже немного закалённому событиями на майдане, вооружённому дубинами, арматурами, и заточками, всему этому майданному сброду. 

Опять же, на их стороне Европа и лучшие заокеанские друзья. Поэтому, и сам майдан, и его вожди, в успехе операции нисколечко не сомневались и уже предвкушали быструю и лёгкую победу над инакомыслящими с востока, своими же вчерашними согражданами. Майданное быдло в каждом сне уже видело горы баулов, набитых отобранным у жителей востока скарбом, который, оно собиралось притащить из этого похода домой. Ну а вожди уже предвкушали неземное удовольствие от похлопывания по их плечу со стороны большого заокеанского друга. Поэтому, майдан на восток собирался с песнями и плясками. Мол, запануем скоро братья, как и подобает настоящим панам. Я помню восторги майдановцев из города, в котором живу, когда они ещё ехали на майдан, и как они дрались за места в автобусах, присланных за ними организаторами майдана. Я также помню их восторг от тех куражей, которые они привозили с майдана. Как они, пропивая свои тридцать серебряников в дешёвых забегаловках, орали о славе Украины, о Европе, о правильности выбранного пути. 

Об их сегодняшнем состоянии я буду писать в последующих публикациях. Но на тот момент они были счастливы. От Киева в дыму. От разобранной брусчатки на Крещатике. От убийств безоружных и преданных Януковичем ребят с ОМОНа. От своих тридцати серебряников. И от дешёвой палёной водки, которую они пили на эти серебряники. А теперь на их физиономиях был отображён восторг от поездки на укрощение Донбасса, на который они всей шоблой ехали с майдана, а по пути заехали домой. Помыться, повидать родню, получить благословение на дальнейшие ратные деяния. Да и мешками затариться. Какие у них снова были счастливые лица перед посадкой в автобусы. Громкий смех. Наставление жён, тёщ, матерей. Мол, не стесняйся там сынок, не стесняйся. Не лопухнись, как это получилось с майданом. Те, кто на майдан поехали первыми, немало чего оттуда привезли. И шмотки, и баулы медикаментов. Да и деньжатами приехали не обделённые. А вы медлили. Вот вам крохи на майдане и достались. Так что теперь, хоть там, на Донбассе своего счастья не упустите. Пытайтесь первыми везде успевать. И не думайте о грехе. Это не грех. Это справедливость. Они там при Януковиче жировали. Нас обдирали. Вот и пришёл час возмездия. Так что ждём вас и с победой. И с добытым добром.

И родня, в предвкушении предстоящей наживы, утирала от счастья слёзы. А «герои» майдана давали клятвенные обещания провожающей родне, быть в предстоящих грабежах востока, первыми. И набивать там баулы не стесняясь.

Да, сначала на Донбассе всё происходило именно так, как и предполагали победители майдана. Ничего не понимающие, что происходит, мирные люди Донецкой области с недоумением смотрели на всю эту банду, пришедшую к ним с майдана. И не могли понять, что происходит. Где закон? Где милиция? Где, в конце концов, совесть? Но милиция, сама ничего не понимая, пряталась по тёмным углам. Закон на тот момент был один: майдан во всём прав. Ну а совести у пришедших отродясь не было.

И определённое время майдан вершил на донецкой земле своё «справедливое» дело безнаказанно и без какого бы то ни было сопротивления. Но, любому терпению приходит конец, и Донбасс обнаглевшим евроинтеграторам начал давать сдачи. Евроинтеграторы таким сопротивлением были ошарашены. Мол, как это так? А нас то за ЩО? Мы же с майдана. Нам ведь всё можно. Но народный гнев уже начал делать своё дело. Народ начал применять против майдановского скота силу. И скот дрогнул. Напёрсточники, барыги, ворьё и прочее майдановское жульё, к такому повороту событий было не готово. Одно дело грабить или бить тех, кто не даёт сдачи, и совсем другое, когда начинают бить тебя. И в Киев, хунте, понеслись тревожные сообщения. Мол, нас начали бить. Не видят в нас воплощения революционной справедливости. Не подчиняются требованиям майдана. Народ взялся за колья. А кое-кто и за ружья. Что делать?

В Киеве заволновались. Ведь усмирение инакомыслящего Донбасса пошло не так как предполагалось. Блицкрига не получилось. А если народ, там, начал отбиваться. То сил майдана на его подавление, по всей вероятности, не хватит. Притом, хунта ведь тоже знала, что собою весь этот майдановский сброд, представляет. Ведь она его сама за тридцать серебряников покупала. И понимала, что щипачи, карманники, и прочие любители дармовой наживы, это не бойцы. И драться с озлобленным населением не станут. Ни за правое дело, ни за левое. Грабить — пожалуйста. А драться, они не станут. А доводить начатое до намеченного конца дело надо. Отступать нельзя. Ибо, отступить сегодня перед Донбассом. Означает, проиграть ему. Проиграть инакомыслию. И если сегодня не задавить Донбасс, то завтра за ним могут последовать и другие. Нужно было что-то делать. И хунта начала искать помощников.

Самое простое решение привлечь к этому делу силовиков. Но силовики уже были объявлены врагами майдана, да и веры им у хунты не было. Можно задействовать армию. Но, боеспособной армии на тот момент у Украины не было. Люди в грязной камуфляжной форме были, но армией это назвать было нельзя. Да и предстоящее дело было пикантным. И неизвестно, как на подавления мирных граждан эта армия отреагировала бы. Ведь она была воспитана на других традициях. Не в советском духе. Но, тем не менее, от стрельбы по мирному населению могла бы и отказаться. И мало того что отказаться, но могла бы ещё и взбунтоваться. И тогда делу майдана точно бы пришёл конец. Да и хунта была у власти без году неделя. Своих в армии у неё ещё было, да и инакомыслие желательно было душить силами бойцов революции, а не армии. А ситуацию спасать нужно было. Встал вопрос, на кого же можно было опереться в этот трудный для революции час. И выбор пал на Галичину.

Галичина. Особенный и специфический край. По всему краю наблюдается отсутствие йода в воде. От недостатка которого, у тамошних жителей, нарушалась работа щитовидной железы. От работы которой, напрямую зависит интеллектуальное состояние человека. И галичане, из поколения в поколение, пившие воду с дефицитом в ней йода. Основательно деградировали как люди.

 

Их интеллект за множество лет снизился до уровня животного. И они уже много веков живут руководствуясь ни разумом и здравым смыслом, а низменными повадками, рефлексами. Плюс ко всему, они столетиями использовались той же Польшей в качестве тупой и грубой силы, которую польская шляхта использовала на самых тяжёлых и грязных работах, что ещё больше превращало галичан в обыкновенный рабочий скот. Из-за чего к их природной тупости добавилось ещё и всё самое негативное в процессе их искусственной деградации.

От этого галичане, находясь на самой низшей ступени человеческого развития, и видя разницу между людьми нормальными и собой, ненавидели весь свет. Но, даже в своей ярой ненависти ко всем, они за определённую пайку всегда готовы были пойти на службу даже к тому, кого ненавидели. И хунта сделала ставку на них.

Конечно, из галичанина воин, как из козы лошадь. Это стадо, мало того, что тупое, так оно ещё и трусливое. В прямом противостоянии. Но зато ночью, да кучей на одного, галичане творили чудеса жестокости. А учитывая то, что на Донбассе на тот момент открытого и прямого вооруженного противостояния ещё не было, точечный и локальный садизм галичан в той сложившейся ситуации в отношении мирных граждан Донбасса мог принести киевской хунте нужные результаты. И хунта обратилась к этому тупому стаду с предложением, которое, сводилось к следующему: Галичане идут на помощь революционному майдану душить поганых москалей, живущих на востоке Украины, не брезгуя при этом теми методами, которые применяли их ублюдочные предки во времена военного и послевоенного времени, а за это галичанам будет позволительно грабить всех, кто им на востоке будет попадаться на пути. Также, они, после подавления Донбасса, получат у себя в Галичине земельные наделы, определённые льготы, приравниваемые к участникам войны, что даст им право ездить бесплатно в общественном транспорте, серьёзные скидки при оплате жилищно-коммунальных услуг, льготы на приобретение лекарств и ряд других льгот. Ко всему этому, их предков из УПА и УНА-УНСО признают ветеранами Второй Мировой Войны, а их кумиров Бандеру и Шухевича героями. Им позволят насаждать свои правила и традиции на всей территории Украины, а на Украине, ими отстоянной в борьбе с москальским Донбассом, будет повсеместно уничтожаться всё так ненавидимое ими российское. Язык, история, культура, литература. И галичане согласились. Грабёж востока и уничтожение всего, так ненавистного им всего российского, взяло верх. И галичане, уже вооружившись, кто из личных запасов, кто выданным оружием, хунтой, отправились на Донбасс. Где, с их приездом, кроме грабежей начались убийства и садизм.

Галичан радовало то, что за их зверства киевская власть с них ничего не спрашивала. Хунте нужно было посеять на Донбассе страх, что галичане, своими издевательствами над людьми, и делали.

А галичанину замордовать в подвале или просто убить на улице русскоязычного москаля и мёда не надо. И на Донбассе началась вторая Волынская резня. Убивали всех, кто просто по каким-то причинам не понравился. Не так посмотрел, не то сказал, не откликнулся на крик «слава Украине». И человек тут же попадал под преследование галичан. С их прибытием оживился и майдан. Всё начало сливаться и перемешиваться. И твари с майдана совместно с тварями с Галичины начали продолжать грабить Донбасс и сеять на нём смерть. Казалось, что теперь инакомыслящий Донецкий край падёт, но Донбасс взялся за оружие. Начали создаваться и формироваться отряды ополчения. Начала вырисовываться хоть корявая, ещё нечёткая, но, всё же, системная оборонительная структура. С командованием, с планируемым обеспечением, с военной дисциплиной. Что удивило теперь уже не только майдан, но и галичан, которые, как и майдан, имели свои определённые рамки и границы, в своих представлениях о своём участии в донецких событиях.

Да, галичане, в отличии от щипачей с майдана, могли не моргнув глазом резать и убивать всех тех, кого не могли зарезать воры с майдана. Но, такие галичанские действия, распространялись только на тех, кто оказывал сопротивление с топором в руках и в одиночку. На худой конец, группами из нескольких человек. Такое сопротивление галичане подавить были способны. Но, если против них со стороны ополчения выступал организованный вооружённый отряд, галичане, приехавшие на Донбасс за земельным наделом и льготами, а вместо этого ставшие потенциальными кандидатами на получение пули в лоб, начинали пересматривать свою роль во всём этом мероприятии.

Донбасс организовывался. У него не было другого выхода, как воевать за свой дом, за свою землю, за жизнь своих родных и близких. Ведь это не они пришли к галичанам с войной, а майдан с галичанами пришёл их убивать на их же земле и в их же доме. А за что воевали твари с майдана и Галичины? За льготы с земельным наделом? Да, льготы это хорошо, но, после того, как галичанские вуйки увидели, как их земляки такие наделы получили в донецких степях, размером метр на два, и два метра в глубину, они начали соизмерять обещанные им хунтой блага и реально быть убитым здесь, так и не получив этих благ. На чашу весов были поставлены, с одной стороны, земельный надел в Галиции, а с другой их поганая шкура.

И галичане начали проявлять неудовольствие. Не из-за того, что они пришли в чужой край убивать людей за их инакомыслие, что есть преступление, а из-за того, что им, за их такие преступления, хунтой, приславшей их сюда, было мало отмерено. Нужно давать больше, и пора присылать помощь. Донбасс начал отстреливаться. И не только из ружей, а уже со стороны инакомыслящих начали раздаваться автоматные и пулемётные очереди. А где наше вооружение? Где автоматы? Пулемёты? При таком возросшем сопротивлении со стороны ополчения одних сил майдана и галичан не хватит. Тут уже не просто сопротивление осуществляется, тут уже начинается война, на которой уже нужно совсем другое вооружение. И похоже, совсем иные специалисты, которых ни у майдана, ни у Галичины не было. Первые могли только грабить безоружных, а вторые этих же безоружных грабить и убивать. А воевать с вооружёнными и организованными отрядами, ни у тех, ни у других, не хватало ни сил, ни ума. И в Киев снова полетели сообщения: враг крепок, шлите подкрепление, вооружение и деньги.

И в Киеве, снова встал вопрос: что делать дальше? Галичане ситуацию не спасли. Даже совместно с майданом. Кого же следующим звать на помощь? Похоже, без армии уже было не обойтись…

Источник :https://cont.ws/@amurweb/909588




Наверх