Menu


Беженцы о жизни в Европе: здесь каждый сам за себя


По данным Верховного комиссариата ООН по делам беженцев, в первой половине 2017 года 440 тысяч сирийцев возвратились свои жилища. Большинство из прибывших проживало во временных пристанищах на территории самой страны. Но и число тех, кто вернулся из-за границы, велико.

 Один из тех, кто в этом году возвратился на родину, — житель пригорода Дамаска Мухаммед Коки. Бывший мигрант рассказал, что не чувствовал себя как дома в Нидерландах, куда попал в общем потоке беженцев, шедшем через Турцию.

«Жить было тяжело психологически, и климат в стране холодный. Все вместе это вводило в депрессию, каждый день был похож на предыдущий, и все необходимо было делать по порядку, как под копирку, иначе следовали штрафы», — говорит несостоявшийся переселенец.

 Для Коки 2017 год стал решающим. К этому времени он осознал, что страдает от условий, в которых оказался. «Дома шла война, и я, как и тысячи сирийцев, думал, что в Европе жизнь будет проще. Но, не зная языка, я практически постоянно сидел в лагере. Там каждый был сам за себя. В комнате в первом лагере нас проживало девять человек. Пока оформлялось разрешение на временное проживание, я сменил три или четыре общежития, и лишь спустя восемь месяцев меня определили в пункт постоянного проживания. После чего начали обучать языку и дали банковскую карту, на которую начисляли 57 евро каждую неделю, из этих денег надо было платить за жилье, а остальное тратилось на еду», — рассказывает он.

 Отсутствие перспектив в новой жизни вкупе с желанием зарабатывать своим трудом побудили Коки задуматься о возвращении на родину. Перемирие между правительством и оппозицией, поражение ИГ довершили дело: Кики купил обратный билет и с 2017 года обосновался в своем доме в пригороде Дамаска. «Здесь родные, и, работая водителем, живя в не самой лучшей квартире, ты не чувствуешь себя второсортным человеком — у тебя есть достоинство и привычная сфера обитания», — резюмирует бывший мигрант.

 Напряженности добавляла и экономическая эксплуатация мигрантов. Часто вынужденных переселенцев использовали в Турции для низкоквалифицированной работы, обманывали и не платили. Как рассказала уроженка региона Алеппо Им Аля, в Ливане сирийские беженцы чувствуют себя ничем не лучше, чем в Турции, и многие хотят вернуться. Сама Им Аля собрала деньги и уже отправилась на родину. Решающий аргумент все тот же: прекращение боевых действий, стабилизация положения в Сирии.

 «Мы бежали с родины еще в 2012 году. Тогда пришли исламисты и искали госслужащих и казнили их как пособников правительству и армии. Мой муж работал госслужащим, и мы с детьми пешком ушли из нашей деревни. Сделали это вовремя. Но в Ливане в последние годы отношение к нам совсем испортилось. Работать нам не дают, денег, чтобы оформить легально документы, у нас нет, живем в палаточном лагере, как кочевники. Наших парней бьют местные», — перечисляет трудности Аля. Вернуться ее убедили слова родственников, с которыми она поддерживала связь по телефону. От них Аля узнала, что местные власти «уже обеспечили подачу воды и частично электричества, помогают восстанавливать дома». «Но самое главное то, что террористы далеко», — рассказывает бывшая беженка.

Источник :http://vesti.lv/news/bezhency-o-zhizni-v-evrope-zdesy-kazhdyi-sam-za-sebya




Наверх